Как русские на Аляске решали проблему нехватки девушек?

Во времена освоения Восточной Сибири и Дальнего Востока русскими переселенцами возникла острая демографическая проблема, связанная с преобладанием мужского населения. В первые годы заселения этих территорий основную часть славянского населения составляли мужчины – среди них были казаки, охотники, торговцы и промысловики. Однако особенно сложная ситуация сложилась на удалённой Аляске, где нехватка женщин ощущалась ещё сильнее. В этих условиях русские мужчины искали способы решить проблему, хотя их поведение не всегда соответствовало религиозным канонам православной веры.

В русских колониях на Аляске постоянно сохранялся дисбаланс между численностью мужчин и женщин. Историк Светлана Фёдорова указывает, что в течение всего существования Российско-Американской компании женщин среди колонистов было в десять раз меньше, чем мужчин. Например, в 1820-х годах в Ново-Архангельске женщины составляли лишь 14% русского населения, а на острове Кадьяк – всего 1,4%. Даже к моменту продажи Аляски эта проблема оставалась актуальной: по данным 1860 года, на этих землях проживали 576 русских мужчин и только 208 женщин.

В условиях такой нехватки русские мужчины часто вступали в отношения с местными жительницами – алеутками и индианками. Это было обусловлено не только естественными потребностями, но и суровыми условиями жизни, в которых важную роль играли женщины, способные вести хозяйство. В исследованиях, посвящённых Русской Америке, часто говорится о браках колонистов с коренными жительницами. Однако на практике ситуация была сложнее: официально жениться на язычнице можно было только после её крещения, но далеко не все мужчины стремились узаконивать отношения, так как воспринимали жизнь на Аляске как временный этап.

На юге Аляски процветала особая форма торговли женщинами, организованная местными жителями. Правитель Ново-Архангельской конторы РАК, этнограф Кирилл Хлебников, оставил записи, в которых с возмущением описывал, как тлинкиты предлагали русским колонистам женщин за плату, забирая у них всю выручку. По его словам, некоторые промышленники тратили значительные средства на содержание любовниц, что приводило к их разорению. Резкие оценки Хлебникова, возможно, объясняются не только моральным осуждением ситуации, но и его личным отношением к внешности туземок. Он описывал традиционные украшения тлинкитских женщин, такие как деревянные вставки в губах, которые, по его мнению, придавали им отталкивающий вид. В то же время он признавал существование этой практики неизбежным злом, так как при отсутствии женщин могли происходить противоестественные преступления, о которых ходили слухи.

Моряк Гавриил Давыдов, посетивший Аляску в 1802 году, также упоминал о серьёзных проблемах с моральным обликом русских колонистов. Он писал, что глава колонии Александр Баранов вынужден бороться с повсеместным развратом среди своих соотечественников, который был следствием дисбаланса полов.

Подобные проблемы существовали не только на Аляске, но и в южных владениях Российско-Американской компании. В калифорнийском Форте-Росс колонисты вступали в отношения с женщинами из местных индейских племён. Среди их сожителей были не только русские, но и переселенцы с Аляски, включая алеутов и финнов. В документах коменданта Форта-Росс Александра Кускова такие женщины упоминались под обобщающим термином «девки». Их число было достаточно велико – по переписям 1820 и 1821 годов в поселении проживали 57 местных женщин. Однако большинство из них оставались некрещёными, и лишь четыре получили православные имена. Эти союзы зачастую были временными: когда мужчины возвращались на север, они не брали с собой женщин, и те снова становились частью своих племён.

Колониальное руководство предпринимало попытки исправить демографическую ситуацию. В 1827 году правитель Аляски Пётр Чистяков предложил отправить в Америку русских женщин. Однако главное управление компании ответило отказом, посчитав, что порядочные женщины без мужей не согласятся на такую поездку, а отправка представительниц сомнительного поведения не соответствовала принципам компании. Когда же власти начали требовать от колонистов официальных браков с их сожительницами, мужчины ссылались на нехватку священников и храмов. Тем не менее, со временем ситуация изменилась: к 1830-м годам в Форте-Росс большинство таких женщин стали законными жёнами русских мужчин.

Дети от смешанных браков назывались «креолами». Они перенимали язык и традиции своих отцов, а также принимали православную веру. К 1863 году на территориях Российско-Американской компании проживало уже 1989 таких потомков русских колонистов.