Почему азербайджанцев раньше называли туркменами: это один народ?

Разобраться в старинных наименованиях тюркских, особенно огузских народов, не так просто, как может показаться на первый взгляд. Даже те, кто вырос в восточных традициях и глубоко погружен в тему, порой теряются в этом лабиринте. Проблема в том, что одно и то же имя в разные эпохи могло принадлежать совершенно различным этносам, а кое-где оно и вовсе продолжает использоваться до сих пор. Эта запутанная история требует ясности, и сейчас мы попробуем внести в нее хоть какую-то определенность.

Даже если придется повторить известные истины, это необходимо: нередко даже образованные люди не представляют себе всей картины. Начнем с самого главного — народы, такие как турки, туркмены и азербайджанцы, имеют общие корни. Они происходят из одной широкой тюркской семьи, а точнее — из ее огузского направления. Помимо огузов, в средние века имелись и другие крупные тюркские объединения, например, карлуки и кипчаки. Их можно сопоставить с делением славян на восточных, западных и южных — приблизительно так же разделялись тюркские племена по своим направлениям.

После распада Тюркского каганата в VII веке началась эпоха отдельных племенных союзов. Хотя представители этих племен часто перемешивались, языковая преемственность сохранялась достаточно отчетливо. Огузская конфедерация, известная как держава огузских ябгу, стала одним из центров формирования будущих народов. Сначала она возникла у восточных берегов Аральского моря, но с течением времени сместилась к побережью Каспийского моря.

Когда территория этой державы начала расширяться, а численность населения расти, стало очевидно, что привычных кочевых маршрутов и пастбищ не хватает. Первыми, кого этот дефицит вытолкнул на запад, стали печенеги. Хотя они тоже принадлежали к огузскому кругу, в состав самой державы они не вошли. Тем временем другие огузские племена начали проникать в мусульманский мир. Уже к середине IX века тюркские воины из Средней Азии участвовали в подавлении восстания Бабека на территории современного Азербайджана. Со временем они начали обосновываться южнее, на землях Согда и Хорезма, где стали создавать собственные княжества.

Постепенно тюркские племена, ранее исповедовавшие тенгрианство, стали принимать ислам. Это духовное преображение породило новое обозначение — туркмены. Считается, что это слово происходит от выражения «тюрк-иман», что означает «тюрк, принявший веру». Хотя существует и другая версия, возводящая термин к выражению «тюрк-мен» — «я тюрк», она не кажется столь же убедительной с исторической точки зрения. Так или иначе, этим именем стали называть мусульман тюркского, огузского происхождения, в то время как язычники продолжали именоваться просто огузами или тюрками.

Настоящий прорыв произошел в 1030-х годах, когда огузские племена под предводительством рода Сельджука преодолели границы исламского мира и основали мощную империю. Это государство, раскинувшееся от Афганистана до берегов Средиземного моря, вошло в историю под именем Сельджукской. Как и у многих других тюркских образований, название пошло от имени правящего рода — традиция довольно типичная для этого региона.

Миграции огузов, однако, не прекращались и в последующие века. Особенно значительный поток хлынул на запад после нашествия монголов в 1220-х годах. Новые кочевые группы хоть и были родственны сельджукам по происхождению, но не чувствовали с ними политической или династической связи. Тем не менее, все это огромное этническое пространство стало восприниматься как единое — его жителей начали обобщенно называть туркменами. К тому времени ислам уже укоренился среди них, и идентичность была прочно связана с религией.

Долгое время туркмены сохраняли целостность, но после ослабления монгольской власти начался неизбежный процесс раздробления. Несмотря на это, само название «туркмены» продолжало объединять множество родственных народов. Именно они стояли у истоков Османской империи, играли ключевую роль в борьбе с крестоносцами, стали двигателем таких государственных образований, как Кара-Коюнлу, Ак-Коюнлу и союз кызылбашей. Благодаря им возвысилась династия Сефевидов в Иране. Они же занимали заметное место в политике Хорезма, Афганистана и Индии, включая Делийский султанат и его преемников.

Тем не менее, по мере того как время шло, культурные и этнические различия становились все заметнее. Уже в XIV–XV веках единство между туркменскими ветвями начало распадаться. Отсутствие постоянной связи, газет и иных средств массовой информации способствовало тому, что каждый народ шел своим путем. К XVIII веку это этническое единство окончательно растворилось, хотя языковая и культурная близость сохранилась вплоть до наших дней.

Современные нации, выросшие на основе туркменской общности, начали формироваться ближе к новому времени. Те, кто обосновался в западных регионах, стали османами и заложили основу одноименной империи. Туркмены, расселившиеся в Восточной Анатолии и на Кавказе, позже стали известны как кызылбаши, сыгравшие важнейшую роль в становлении Азербайджана. С учетом огромной территории, которую они освоили, среди них выделились и более мелкие этнические группы, и до сих пор продолжаются споры — считать ли их самостоятельными народами или относить к субэтносам азербайджанцев.

Жившие в Центральной Азии туркмены со временем разделились на два ветвления. Одни остались в пределах современного Туркменистана и стали основой для формирования одноименного народа, преимущественно исповедующего суннизм. Другие оказались по ту сторону границы в Иране и стали известны как хорасанские тюрки, среди которых распространено шиизм.

Кроме того, на Ближнем Востоке проживает значительное число туркменов в Сирии и Ираке. В историческом отношении они ближе к азербайджанцам, хотя долгое время находились под властью Османской империи и таким образом оказались вовлечены в турецкий политико-культурный контекст.

Вся эта этническая мозаика становится особенно понятной, если сравнить ее с историей славянских народов. К примеру, когда-то существовали единые славяне, которые затем разделились на разные племена. Со временем эти племена сформировали союзы, принявшие новые имена, ставшие основой современных народов. Тем не менее, некоторые решили сохранить старое самоназвание: так появились словаки и словенцы, чьи названия и поныне означают «славяне» на их родных языках.