Почему в судах США нельзя снимать, а можно только рисовать?

Каждый раз, когда смотришь сюжеты о судебных разбирательствах в США, поражает один и тот же момент — вместо привычных видеокадров или хотя бы фотографий мы видим странные карандашные зарисовки, которые больше смахивают на комиксы, чем на репортаж из зала суда. Эти изображения называются courtroom sketches — буквально, "судебные зарисовки".

И это в век, когда практически у каждого взрослого человека в кармане есть смартфон с отличной камерой, способной делать высококачественные фото и видео. Особенно это удивляет в сравнении с Россией, где в большинстве случаев вести съемку в суде разрешается, если процесс не закрыт, а судья не возражает.

Признаюсь, долгое время не мог понять, почему в Америке до сих пор так популярны рисунки вместо фотографий. Пока не начал разбираться в вопросе более детально. И как оказалось, причины этого явления уходят своими корнями далеко в прошлое и весьма разнообразны.

Запрет на фото- и видеосъемку в судах действует далеко не на всей территории США. Однако там, где он существует, его история началась еще в начале двадцатого века. Тогда камеры были неуклюжими, тяжелыми и сопровождались яркими вспышками на основе магния, которые не только мешали сосредоточенной атмосфере судебных слушаний, но и представляли определенную угрозу. Вспышки порой окутывали зал дымом, что могло создать идеальные условия для побега подсудимого.

Не стоит забывать, что американская судебная система базируется на принципах прецедентного права. Иными словами, достаточно одному судье в прошлом принять решение о запрете съемки — и остальные, ссылаясь на этот прецедент, будут следовать его примеру. Так и возникла одна из тех самых “странных” американских традиций, которую сложно объяснить с точки зрения современного здравого смысла, но которая живет до сих пор.

В наши дни сторонники запрета утверждают, что камеры могут случайно зафиксировать чувствительные детали — например, реакцию присяжных или личную информацию, которая не подлежит разглашению. К тому же они уверены, что толпы репортеров с фотоаппаратами, метающихся по залу в поисках удачного кадра, только отвлекают от сути процесса.

Есть и еще один довод: неудачная фотография может исказить восприятие всей ситуации. Если на снимке подсудимый выглядит смешно или небрежно, это может нанести урон его репутации или даже поставить под сомнение объективность суда. А вот рисунок — дело другое. Его можно приукрасить, сгладить углы или, напротив, нарисовать более выразительно. При необходимости — сослаться на творческое видение художника.

Закон также оберегает право каждого гражданина на частную жизнь. В США любой человек, пока судом не признан виновным, имеет право сохранять доброе имя. А появление его лица в прессе в контексте суда может нанести урон его репутации, даже если он в итоге окажется невиновным. Если же изображение нарисовано от руки, всегда остается возможность сказать, что это выдумка художника, а не точное отражение реальности.

Любопытно, что британская судебная система, которой Америка во многом обязана своими традициями, еще более строга. В Великобритании нельзя не только фотографировать, но и рисовать прямо в здании суда. Художники делают наброски уже потом, по памяти, за его пределами. Такая вот принципиальность у англосаксонских правоведов.

Еще одна причина, по которой запрет на съемку поддерживается — меры безопасности. Камера может быть лишь прикрытием для спрятанного оружия или взрывного устройства. Представьте, если среди фотографов окажется злоумышленник. А в гуле щелкающих затворов легко не расслышать выстрел, особенно если используется глушитель. Все эти опасения кажутся избыточными, но в США к вопросам безопасности относятся с особым вниманием.

Именно поэтому в некоторых штатах подобный запрет касается даже торжественных церемоний, например, натурализации. В таких случаях фотографировать в зале суда без разрешения судьи также нельзя.

Так и живет американская пресса в условиях, когда единственным допустимым визуальным свидетельством судебного процесса часто остаются именно зарисовки. Профессия courtroom artist — судебного художника — по-прежнему актуальна и востребована.

Эти мастера карандаша и кисти должны не просто уметь рисовать, а делать это быстро и с максимальной точностью. На завершение работы у них есть буквально несколько минут. Нужно успеть передать атмосферу, детали лиц, обстановку — чтобы новостные агентства могли оперативно включить изображение в свои репортажи.

Удивительно, но история профессии судебного художника в США уходит глубоко в прошлое. Уже в 1646 году подобные художники трудились на знаменитом процессе против «Салемских ведьм».

Сегодня мастера, освещающие громкие процессы с участием звезд и знаменитостей, могут зарабатывать огромные суммы. Их работы ценятся не только в новостных редакциях, но и на аукционах, в коллекциях состоятельных поклонников или даже у самих знаменитостей, желающих заполучить свой образ в виде уникального арта.

Но даже художникам, несмотря на их статус и профессионализм, не всегда разрешается работать непосредственно в зале суда. В таких случаях они просто запоминают происходящее, а позже восстанавливают сцену из памяти. Каждую работу они продают отдельно, получая гонорары за каждую зарисовку.

И все же не стоит думать, что такая практика действует по всей Америке без исключения. В ряде штатов суды вполне открыты для видео- и фотосъемки. Все зависит от особенностей дела, степени его резонансности, уровня суда и множества других факторов.

Вот так, несмотря на технический прогресс и всеобщую цифровизацию, карандаш и кисть по-прежнему остаются важнейшими свидетелями американской судебной драмы.