«Король пахнет, как животное!», - как начался брак Марии Медичи?

Она тщательно готовилась к этому событию: приняла ароматную ванну, выбрала самое изысканное белье с кружевами и окутала себя облаком дорогих флорентийских духов. Мария Медичи стала королевой Франции, и ей предстояла официальная церемония в соборе Лиона, проведение которой задерживал папский легат. Однако сейчас её больше занимала мысль о предстоящем личном знакомстве с супругом, королём Генрихом IV.

Мария ощущала, что Генрих был не слишком заинтересован в их браке. Переговоры шли долго, документы подписали лишь в мае 1600 года. После этого всё словно замерло, и только к осени король отправил во Флоренцию своего представителя. По правилам того времени, заключение браков между жителями разных территорий происходило через доверенных лиц. Кстати, подобная традиция была распространена и во Франции: молодожёны из разных провинций сначала венчались через представителей, а уже потом устраивали «настоящую» свадьбу. Этот момент описан, например, в романе «Анжелика», где героиня сначала празднует свою свадьбу на родине, а затем едет на вторую церемонию в Тулузу.

Так и Мария Медичи сначала обвенчалась во Флоренции с Роже де Бельгардом, представлявшим Генриха IV, а потом отправилась во Францию. Она путешествовала в сопровождении внушительной свиты, насчитывавшей две тысячи человек, и везла с собой роскошное приданое: наряды, украшения, мебель, лошадей, музыкальные инструменты, редкие специи и духи. Ей было уже двадцать пять лет, и до этого она ни разу не выходила замуж. Мария с нетерпением ожидала встречи с мужем, вспоминая романтические истории из прошлого: как Карл VI стремился увидеть свою невесту до официального знакомства, или как Генрих I с нетерпением мчался встретить русскую княжну Анну.

Однако на этот раз сказка не сбылась. Генрих IV не встретил её, когда она ступила на французскую землю. Его не было ни на следующий день, ни через неделю. Всё это время Мария наряжалась в свои лучшие туалеты, готовая к долгожданному свиданию. Но знакомство с будущим супругом состоялось только 9 декабря, в Лионе.

Когда наконец Мария увидела Генриха, он не выглядел так, как она ожидала. Король прибыл в пыльном дорожном плаще и поношенных сапогах, не потрудившись переодеться после долгой поездки верхом. Не проявив особой галантности, он сразу приказал накрыть ужин и открыто заявил, что рассчитывает на исполнение супружеских обязанностей.

Такой приём был шоком для Марии. Она рассчитывала на торжественность момента и даже привезла с собой всё необходимое, чтобы произвести впечатление: ароматические масла, роскошные кружева и изящные туфельки. Но легат всё ещё задерживался, а формальное венчание на французской земле не состоялось. Несмотря на это, она уже считалась законной супругой Генриха IV.

Во время ужина Генрих развлекал гостей шумными шутками, многим из которых не место в приличном обществе. Его манеры ошеломили Марию. Она удалилась из зала, чтобы подготовиться к встрече с супругом. Она наскоро приняла ванну с душистыми травами, попросила служанок надушить волосы и руки, надела кружевное бельё. В этом великолепии она предстала перед Генрихом, который, увы, остался равнодушен.

Сам король выглядел неопрятно. Путешествие оставило следы: его одежда пропахла потом, а во время ужина он даже запачкал рубашку жиром. Генрих не был щеголем и не придавал значения внешности в повседневной жизни. Для него свадьба оказалась скорее формальной необходимостью, чем важным событием.

«Король пахнет, как животное!» – жаловалась Мария своим служанкам, не скрывая разочарования. Но и сам Генрих не остался в долгу: сильный аромат духов его новой супруги вызывал у него приступы чихания.

Тем не менее главная цель брака была достигнута. В сентябре 1601 года Мария Медичи родила сына, будущего Людовика XIII. Король, довольный появлением наследника, принимал поздравления. В их браке родилось шесть детей, но назвать этот союз гармоничным было бы сложно. История их непростых отношений заслуживает отдельного внимания.

Интересно, что ещё до встречи с Марией Медичи у Генриха IV был неофициальный девиз: «Наварра лучше всех!» Он часто использовал его, подчёркивая своё происхождение и своё независимое, непростое детство в Наварре. Однако после женитьбы на Марии этот девиз постепенно уступил место более утончённым идеям: именно она, по мнению современников, привнесла в королевский двор моду на роскошь и изысканность, характерную для флорентийской культуры. Её влияние отразилось даже на архитектуре: благодаря её инициативе был построен знаменитый Люксембургский дворец, напоминающий её родной Палаццо Питти во Флоренции.